Смешные истории > Из жизни.

рулетка кс го  

В этой рубрике я буду размещать все материалы, что не вошли в другие рубрики историй. 
  

 

Вернуться в к выбору статей в разделе
 

 

40. Как я пытался познакомиться с индийским святым.

 

На дворе трава...


Индусы все время улыбаются. Поэтому у кого-то может сложиться ошибочное мнение, что Индия такая веселая и безобидная страна. К сожалению, вынужден разрушить эти иллюзии. В один из жарких февральских дней я брел по берегу Арабского моря по направлению к Нани Парку, где, по утверждению компетентных уличных источников, кучами располагались ашрамы. Вдоль берега, обильно удобренного какашками, маячат построенные из фанерных щитов хижины бедняков. Температура 35 градусов по Цельсию. Худые собаки зарываются от жары в сырой песок...

Наконец я вышел к великолепным отелям. Уборщики волочат за собой тазик на веревке, в который собирают мусор. Возле каждого отеля - солдаты с автоматами. Над пляжем кружат геликоптеры. Устав от жары, я решил окунуться. В нерешительности стоял я в плавках на берегу, когда услышал за спиной голос.

- Купаться поди будете, сэр? - рядом, улыбаясь во весь беззубый рот, остановился худосочный дервиш.

- Отнюдь, сэр, - отвечаю неохотно.

- Прекрасно, - улыбаясь еще шире, одобрил он мое решение. - Любите плавать?

- Иногда, - отвечаю, будучи не расположен балагурить с людьми, с которыми не распил даже и пинты пива.

- Есть хорошая травка! Очень дешево! - он полез в свою котомку показать мне товар.

- Отвалите от меня, торговец смертью! - обрубил я. Теперь я начинаю понимать, отчего они все время улыбаются.

- Это очень хорошая трава! - его улыбка выходит за мыслимые рамки физиологии.

- Ганд мара! - добавил для убедительности я на матерном хинди.

- Извините ради бога, сэр! Только глубоко не ныряйте, я вас умоляю! - выражение глубокой озабоченности исказило его лик.

- Боже упаси! - успокоил я его.

И он пошлепал дальше торговать наркотой.

То, что сзади, - не летающая тарелочка из космоса. Это ашрам Сатьи Саи Бабы.


Мумбайский вор


Я плыл по волнам Арабского моря, наслаждаясь созерцанием картины горизонта. Но что-то заставило меня обернуться. Ничего, казалось бы, не изменилось в этом мире: все тот же песчаный берег, те же пальмы и отели. Лишь только на месте, где только что стоял мой рюкзак, в котором лежал ноутбук, видеокамера, фотоаппарат, ботинки, паспорт и билет домой, ничего уж не стояло. А в полумиле от этого места маячила фигурка дервиша, за спиною которого сиял мой рюкзак. Дервиш даже не бежал, он победоносно шествовал. Я стал бешено грести к берегу. Меня буквально выбросило на берег. Но сил на перемещение в пространстве уже не было. Я бежал за ним, если это можно назвать бегом. Меня кидало из стороны в сторону, как пьяного марафонца на финише.

- Эй! Постойте же! - хрипел я. Но дервиш шел, как ни в чем не бывало. Когда я догнал ворюгу, у меня даже не было сил ударить его. Я просто повис на своем рюкзаке.

- Как вы смеете, - еле переводя дыхание, прохрипел я. - Этот рюкзак принадлежит мне!

- Простите, сэр! - невинно улыбаясь, сказал этот лиходей. Индийские воры весьма трогательны в своей непосредственности.


Бабы всякие важны


Оказалось, не все индусы знают, где расположены ашрамы. Тем не менее каждый считал своим долгом указать мне разнообразные направления, в которых я доверчиво и ходил целый день. Но все-таки я достиг Дхармакшетры, миссии Саи Бабы. Меня туда привел один мужик по имени Джудай, с которым мы познакомились случайно.

- Ты только, Санек, имей в виду, что настоящий индийский святой Саи Баба из Ширди умер в прошлом веке, - просвещал меня он. - Тот был худой, бедный и бездомный. А этот - кудрявый, хитрый и богатый, как раджа. Он объявил себя аватарой святого Саи Бабы. Ему у нас не очень верят. Богатый человек не может быть честным. Поэтому, когда будешь писать, обязательно уточни, про какого именно Бабу ты пишешь.

- Шукрия! - поблагодарил я его.




Безбабье


Миссия кудрявого Саи Бабы (уточняю по просьбе моего друга Джудая) расположена на холме недалеко от аэропорта. Рядом - госпиталь, где лечатся последователи Саи Бабы, и школа, где обучаются будущие адепты. Машина «Cкорой помощи», стоящая рядом с больницей, испещрена надписями: «Love All. Serve All. Help Ever. Hurt Never». Мимо специализированного книжного магазина, где продаются книги исключительно Саи Бабы, поднимаюсь к величественному комплексу здания администрации. Прохожу мимо зарешеченного оконца. Там мужичок сидит, весь в белом. Присматриваюсь. Явно не Баба. Этот лыс, как Блюхер, а Баба кудряв, как давно не стриженный Джимми Хендрикс. Стучу в оконце.

- Баба дома? - спрашиваю по-простому.

- А что? - подозрительный взгляд мужичка сверлит меня насквозь.

- Да вот, из Москвы я приехал, хотел бы пообщаться с ним. Пожить тут среди вас, пообщаться...

Мужик жестом приглашает меня внутрь.

- Возьми стул, садись сюда! - командует он. Я кладу свою сумку на пол возле стены и беру стул.

- Сумку свою возьми. И не оставляй никогда! - скомандовал он. Я испуганно схватил сумку и с тех пор никогда не бросал ее так опрометчиво.

- Фотоаппарат убери! - гаркнул он, заметив мое движение. - Зачем тебе Саи Баба? В глаза! В глаза мне смотреть! - этот парень походил на следователя особой тройки.

- Я хотел... - робко начал я, забыв напрочь все известные мне слова, - написать о нем и его учении...

- А ты читал его книги?

Я покраснел от стыда.

- О! А у вас они есть? - притворно загорелся я.

- Ха! - хлопнул он в ладоши. - Да у вас в России книги Саи Бабы можно купить везде! Что-то ты темнишь. Если хочешь с ним встретиться, почему не читал его книг? О чем ты будешь с ним говорить?

Это был провал. Штирлицу такого и не снилось в самом кошмарном сне.

- Я буду говорить...

- Пошли за мной! Быстро! Говорить он будет... - перебив меня, скомандовал мужик.

Сам святой пред светлы очи Мешкова не явился. Зато его видели миллионы других поклонников.

 
Как меня посвящали в адепты Саи Бабы. Таинство


Я послушно последовал за своим Учителем. Мы прошли пять метров и остановились перед мраморной лестницей, ведущей в храм.

- Разувайся!

- А можно я...

- Тихо! - шикнул на меня гуру, и я заткнулся, опасаясь получить в пятак. Мы вошли в прохладу храма. Там на мраморном полу сидели несколько женщин и молились на большую, в полный рост, фигуру Саи Бабы. Алтарь был украшен символами всех великих мировых вероисповеданий. (Саи Баба, как и я, не делает религиозных различий меж людьми.) Наставник подвел меня к алтарю, и мы застыли в немом молчании, молясь каждый своему Богу. Через двадцать минут он пошевелился, а еще через пятнадцать пошел к выходу, дав мне знак следовать за ним. У выхода стояла небольшая чаша с каким-то розоватым порошком. Он сунул палец в порошок, поставил себе на лоб пятно и кивнул мне, чтобы я сделал то же самое. Я поставил себе на лоб пятно и собрался выйти, но мужик шепнул:

- Лижи, как я! - потом сунул свой палец в порошок и облизал. Лизать я был не готов. Ну не поднялось мое сознание пока еще на такую беспредельную высоту.

- Ну че ты? Давай! Лижи! - подтолкнул меня мужик. Я замялся. Но мужик продолжал толкать меня в бок.

- Лижи же, я сказал!

Сам святой пред светлы очи Мешкова не явился. Зато его видели миллионы других поклонников.

Пришлось лизать. А что делать? Назвался груздем, лижи порошок. Кислый. Мысленно благодаря Саи Бабу и его учение за утонченное целомудрие посвящения в Веру, за то, что пришлось всего лишь полизать порошок, за то, что вообще в мире все так гармонично, я вышел за моим Учителем. Чувствую, после порошка сознание мое как-то расширяется и светлеет! Все вокруг вдруг стало прекрасным. И мужик уже не такой лысый, и солнце не такое жаркое, и печали исчезли.

Мой Учитель прочитал мне индивидуальную полуторачасовую вводную лекцию, из которой я вывел, что я давно, сам того не подозревая, являюсь последователем этого учения. «Следуй своей религии, но при этом будь искренен. Не оскорбляй других религий. Содержи свой дом в чистоте. Не вреди своему государству и своему народу. Не давай нищим деньги, не поощряй леность. Лучше помоги едой или дай работу».

- И не вздумай что-нибудь здесь фотографировать! - сказал он, вручая мне большой альбом с Саи Бабой на обложке. - Все фотки вот тут!

- А переночевать можно у вас? И поесть что-нибудь немножко...

- Поесть? - он задумался. - Вряд ли. А переночевать можно. Но только одну ночь! Слышишь? Одну! У нас тут не ночлежка! А святой храм! А завтра от терминала «Виктория» поедешь в ашрам Путтапарти. Поездом.


Крокодил и слон: кто кого


Мой Учитель крикнул что-то в пространство - и тотчас в дверях появился немощный беззубый старец, изнуренный молитвами и постом. Он еле ноги волочил и был нем, как статуя. Мужик приставил его ко мне в секьюрити, и тот повел меня в святая святых, храм Sathya Deep. Мы проплелись со старцем по живописной, утопающей в зарослях магнолий аллее мимо охранника, приветствовавшего меня поклоном. Храм представлял собой странное сооружение, напоминающее «летающую тарелку». Старик зорко присматривал за мной. Вокруг «тарелки» бассейн, крепостной защитный ров, наполненный водой. А возле бассейна такая замысловатая скульптурная группа, изяществу замысла которой позавидовал бы сам Зураб Церетели: из бассейна торчит голова крокодила, а перед ним слон с обглоданной, окровавленной ногой.

- Ребята! Что означает сей символ? - спросил я четырех мудрых мужиков, сидящих на травке в тени деревьев.

- Это значит, что все в природе делается с благословения Господа, - ответил мне один мудрец. Я так и знал.


Терпение и труд мою лень не перетрут


Мы прошли со стариком внутрь «летающей тарелки». Кроме нас, там никого не было. Опять мы помолились минут двадцать, полизали порошка и вышли. Мой старец подошел к сидящим на травке мудрецам, буркнул им что-то своим непослушным увядающим языком и пошлепал прочь по своим делам. Один из мужиков, не спеша, торжественно, словно скипетр царя, вручил мне метлу и показал, где я должен мести. Так я влился в дружный молчаливый коллектив адептов Саи Бабы: порошка нализался, аллеи подмел. Мои новые друзья по вере показали мне мое новое временное место жительства - нары внутри маленькой мазанки. Вечером меня снова позвали молиться и лизать порошок. Вы будете смеяться, но, несмотря на магические свойства порошка, утолить мой аппетит он не мог. Я мучительно хотел более значимой пищи. В целом прием мне понравился, если бы не монотонный труд. Ну не привык я так долго жить в молитвах и трудах. Поэтому на рассвете я малодушно покинул гостеприимный дом, чтобы наесться от пуза в первой же попавшейся индийской таверне.



В перерывах между нетворческой работой на пищеблоке и пением я знакомился с местными поклонниками Кришны.


Как я пел мантры и работал на кухне у кришнаитов. Халява не пройдет


Ашрам Харе Кришна Ленд представляет собой небольшой городок, утопающий в зелени. Пройти внутрь не так- то просто. Я объясняю охраннику, что мне надо поговорить с начальником всех кришнаитов. Смеется: «У нас есть Учитель, а не начальник». Проводит меня в прохладу здания. Небольшой кабинет с открытой дверью. Меня просят разуться. В кабинете - светящийся духовным благополучием старичок. Рядом медитируют с закрытыми глазами два пожилых «преданных».

- Харе Кришна! - приветствую я старца. - Я бы хотел...

- Подожди! - перебивает меня дедушка. - Сначала съешь прасад, - он берет из корзиночки два коричневых катышка и протягивает мне.

- Я из Москвы, хотел бы пожить здесь немного, овладеть Знанием... - говорю я. - Сколько это будет стоить?

Старичка мое заявление огорчило:

- У нас живут и учатся люди из разных стран. Но такого понятия, как оплата, здесь нет. Ученики просто жертвуют на храм Кришны.

- Сколько надо в рупиях? - напрягаюсь я.

Старичок смеется:

- Мы содержим в порядке Харе Кришна Ленд, содержим персонал, преподавателей университета. Мы обеспечиваем питанием тысячи бедняков. Неужели для этого жалко хотя бы тысячи-другой долларов?

- А что делать тем, кто хочет овладеть Учением, а денег нет? Они могут здесь жить? - настаиваю я.

- Мы никого не прогоняем. Но у нас не ночлежка. Накормить мы можем, а вот разместить всех желающих - нет.

- Если люди будут думать, что мы пускаем всех, то могут приехать, чтобы жить тут, не работая, - встрял в разговор другой кришнаит.

- То есть халявщики, - поддакнул я. - Я сам презираю таких. А есть где-нибудь ашрамы Кришны поскромнее, где можно общаться с единоверцами, но не жертвовать денег?

Дедушка надолго замолчал. Съел коричневый катышек. Потом - второй. Мое упорное нежелание жертвовать его утомило. Но, если у меня рупий и впрямь впритык, что, я виноват?

- Можно уехать в глухую индийскую деревню! Там жить и постигать Учение, - посоветовал мне другой дремавший кришнаит, не открывая глаз. - Для таких, как ты, мы ежедневно организуем питание в различных точках города. Я потом скажу тебе, где. Но сейчас ты можешь пожить у нас недолго. У нас пока есть место. Будешь мусор выносить и контейнеры грузить с кухни.

- Халява и тут не проходит, Александр! - сказал я себе.


Рука Москвы


Меня отвели в апартаменты, в которых существовали еще шесть славных парней, но никудышных собеседников. Они или молчали, или говорили только на тарабарском хинди. Мне выдали синюю униформу с замысловатой шапочкой. Мой провожатый Ману Бхатьи Дас повел меня смотреть Харе Кришна Ленд. Огромный храм, учебный и административный корпус, пугающий своей роскошью, и фабрика-кухня. Туалет для прихожан в роще. Перед храмом - лавочки пунктов приема обуви (за пожертвование). В храм - только босиком. Широко живут кришнаиты в Мумбае. Но что это? На стене храма я вдруг увидел до боли знакомые архитектурные очертания. Ошибки не могло быть: это Москва, Родина! Учитель кришнаитов Свами Прабхупада шествовал по булыжникам Красной площади мимо Кремля и памятника Минину с Пожарским. В конце экскурсии Ману Бхатьи Дас по старой доброй религиозной традиции попросил у меня денег на храм. Я великодушно дал ему 10 рупий одной бумажкой. Он весело рассмеялся и благодушно похлопал меня по плечу, как деревенского дурачка. (1 доллар = 50 рупий.)



Основатель Учения собственными босыми ногами топчет булыжник Красной площади!


Когда сознание чисто


Пищеблок был целой фабрикой по приготовлению ведической пищи. Мужики в резиновых перчатках под руководством главного кукера молча взвешивали на электронных весах овощи и забрасывали в чистящие агрегаты, мыли рис, засыпали в огромные котлы, парили, жарили, добавляли специи. Другие парни раскладывали еду в металлические контейнеры. Я же со своими напарниками Дхетру и Сингкхом занимался более серьезным делом: бережно выносил эти контейнеры на улицу и устанавливал в подъезжавшие автомобили, которые развозили их по школам и кухням. Потом мы выносили чаны с пищевыми отходами из столовой и вываливали их в мусорные контейнеры. Работал до полудня. Занятие это было монотонным и лишенным всяческого творчества. Но было в нем и прекрасное - я мог есть до отвала. А самое страшное в моем существовании было то, что рабочий день начинался в 4 часа утра. Мы просыпались в 3.30 и пели мантры. Без этого наш труд шел насмарку, а пища теряла свой сакральный смысл. Мое сознание в это время спало крепким сном, и все действия я производил автоматически. Я, правда, пытался добавить пару часиков после обеда на берегу моря, но меня постоянно тревожила нищая детвора, умоляя дать им денег или еды.

Основатель Учения собственными босыми ногами топчет булыжник Красной площади!


Як хохлы индусами стали


- Простите, а вы из каких краев? - обратился однажды ко мне с улыбкой рыжий «преданный».

- Из Москвы! - ответил я.

- Я же тебе говорил! - торжествующе на чистом русском языке воскликнул мужик, обращаясь к своей спутнице, черноволосой дивчине в сари. - А вона мне каже: «Чи немец, чи финн?! Слухай! Акцент-то немецкий!» Я говорю: «Русский!»

Врач-педиатр Ягья-Гухья Дас и его жена Пурнамаси приехали в ашрам за знаниями из Киева. Более полугода они учатся здесь в кришнаитском университете. Наблюдая по Интернету за политическими страстями на родине, они искренне недоумевают по поводу бесполезности этой суеты.

Несмотря на то, что я жил в ашраме правильно и честно, желание уехать домой из этого рая возрастало с каждым днем и в конце концов стало невыносимым. Однажды утром я решительно собрал рюкзак и, поблагодарив Бога, покинул эту счастливую древнюю и беззаботную землю, где женщины еще стесняются своей наготы, а мужчины еще не утратили способности краснеть и смущаться. Страну, где полицейские ласково и приветливо улыбаются тебе, где нищие дружны и веселы, где даже странствующий тать ворует с виноватой улыбкой. Я возвращался в свою бурлящую, беспокойную, но такую любимую реальность не побитый и не обворованный, с изменившимся мировоззрением и умиротворенным осознанием того, что мир совершенен и справедлив.


ВЕДИЧЕСКИЙ РЕЦЕПТ ОТ МЕШКОВА


Ведическая кухня - важная часть древнеиндийской религиозно-философской системы, ставящей целью достижение гармонии между человеком и окружающим миром. Давайте вместе попробуем приблизиться к этой гармонии. Для этого сварганим себе чудный иддли.

Надо: 2 стакана риса, 1 стакан дала (дал - это лущеная чечевица и горох), 1 ч. л. соли, 1/4 ч. л. соды.

Метод приготовления

1. Замочите рис и дал на 8 часов. Слейте воду. Размельчите в кухонном комбайне с небольшим количеством воды и вылейте в миску. Добавьте соль и размешайте. Поставьте в теплое место на 12 часов.

2. Сделайте паровую баню: кастрюля, на 1/4 наполненная водой; поднос - такой, чтобы помещался в кастрюлю; подставка, чтобы поднять поднос над водой. Смажьте маслом форму для выпечки. Когда масса взойдет и начнет пузыриться, добавьте соды и размешайте. Залейте ее в форму на 2 см и поместите на паровую баню.

3. Плотно закройте баню крышкой. Положите сверху груз. Готовьте в течение 10 мин., пока иддли не затвердеет. Охладите, выньте иддли из формы, нарежьте на квадраты, помолитесь и сливайтесь себе на здоровье с окружающим миром.


СЛОВАРЬ


Ашрам - это община приверженцев того или иного учения. Чаще всего в ашраме адепты живут вместе со своим Учителем, гуру.

«Преданные» - самоназвание кришнаитов. Основным занятием «преданных» является пение мантр, многократное повторение имени бога. У каждого кришнаита есть четки из 108 бусин, на каждую бусину полагается по 16 мантр. «Преданным» запрещены:

- азартные игры;

- интоксикации (алкоголь, наркотики, никотин и даже кофеин);

- секс вне брака и любой секс не с целью зачатия;

- убийство животных.


КТО ЕСТЬ КТО




О прошлом святого Учителя Саи Бабы из Ширди известно крайне мало. Он появился в городке Ширди из ниоткуда уже 16-летним пареньком и о себе почти не распространялся. Он был индусом и мусульманином одновременно. При жизни был весьма почитаемым святым. Умер в 1918 году.


Сатья Саи Баба

Ныне здравствующий Сатья Саи Баба, урожденный Сатья Нараяна Раджу, ощутил себя воплощением Саи Бабы в 14 лет и стал проповедником. Сегодня он имеет около 100 миллионов последователей в 114 странах. В ашраме Саи Бабы до меня побывали далай-лама, Джордж Харрисон, Мстислав Ростропович, Стивен Сигал и другие известные люди современности.


БОНУС. ВИДЕО.

Школа, в которой растут и мужаются будущие адепты учения Саи Бабы. Скачать 1.98 Мб.


Источник: "Комсомольская правда"
Автор: Александр Мешков

 

 
<<< назад к выбору статей